УДК 598.279.23

Валуев В.А.

E-mail: ValuyevVA@mail.ru

// Редкие и исчезающие виды животных и растений Республики  Башкортостан. 2016. № 11. C. 3-6.

О распространении птиц специалисты судят по литературным источникам – это не секрет. Публикации, в свою очередь, появляются на основании наблюдений специалистов и, в некоторых случаях, любителей птиц. И вот тут встаёт очень важный вопрос – насколько правильно был определён тот или иной вид. Как правило, специалисты пользуются определителями; и хорошо, если в них указаны конкретные диагностические признаки.

Рис. 1. Орлан-белохвост с белым исподом маховых в Кармаскалинском районе 28 сентября 2015 г.

А если нет? В нашем случае данный вопрос относится к наблюдению за орланом, которого по цвету клюва можно принять за H. albicilla. Однако, с нижней стороны крыльев у этой особи были обширные белые поля (рис. 1). О больших белых пятнах на основаниях первостепенных маховых, как на диагностический признак указывает В.К. Рябицев (2002). В фундаментальном труде «Птицы Советского Союза» Г.П. Дементьев (1951) сообщал, что у орлана долгохвоста на первом году жизни маховые чёрные с белыми пестринами на основной части внутренних опахал; но этот же автор (Бутурлин, Дементьев, 1936; Дементьев и др., 1948) в определителях птиц СССР об этом ничего не говорил. Видимо, о белом поле низа крыла этот автор узнал в промежутке между 1948 и 1951 годах; а это говорит о том, что данный признак раннее не принимался в расчёт. В определителях А.И. Иванова и Б.К. Штегмана (1978), а также Heinzel H. еt al. (1983) – белый цвет на нижней стороне крыльев как диагностический признак молодого долгохвоста не фигурирует.

Рис. 2. Молодой орлан-долгохвост (2 juv) по В.К. Рябицеву (2002).

У молодого долгохвоста, охотящегося совместно со взрослой особью в Фёдоровском районе Башкирии  (Валуев, 2004), ясно были видны белёсые пятна на второстепенных и первостепенных маховых, как на иллюстрациях В.К. Рябицева (рис. 2). У молодой птицы, наблюдавшейся в Чишминском районе (Валуев, 2012, 2014), также был виден этот рисунок из белесых пятен.

Из немногих встреч этого хищника в Башкирии (Валуев, 2002, 2008; Валуев В., Валуев К., 2001) можно предположить, что долгохвост гнездится или в Башкирии, или на трансграничных территориях. Встреча орлана-белохвоста (судя по жёлтому клюву; рис. 1), показывает на возможность гибридизации между орланом-белохвостом и орланом-долгохвостом.

У нас в авиарии жили орланы-белохвосты; также нам приходилось изготавливать чучела из этих птиц – и ни у одной из них мы не замечали белёсого поля на нижней стороне крыльев. Отсутствие белого цвета у Haliaeetus albicilla по низу крыльев подтверждают в своих определителях и иностранные коллеги (Fitter, 1966; Svensson et al., 2009)

Следует заметить, что если, белёсые пятна на первостепенных и второстепенных маховых перьях не считать диагностическим признаком, то тогда следует пересмотреть распространение орлана-долгохвоста в России и признать несостоятельным само определение молодых орланов обоих видов в естественной среде. Хотя и считается, что долгохвост в общем мельче белохвоста, однако этот признак нельзя употреблять при наблюдениях в естественной среде, т.к. по данным П.П. Сушкина (1897), H. albicilla из разных регионов страны, в частности из Предуралья и Волги, могут различаться по размерам чуть ли не в двое.

Если же белёсый цвет по низу перьев является диагностическим признаком, то следует признать вероятность гибридизации между H. albicilla и H. leucoryphus.

Литература:

Бутурлин С.А., Дементьев Г.П. Полный определитель птиц СССР. М.. Л.: Изд-во «КОИЗ», Т. 3, 1936. 131 с.

Валуев В.А. К авифауне лесостепи Предуралья Башкирии // Материалы к распространению птиц на Урале, в Приуралье и Западной Сибири. Екатеринбург, изд-во Екатеринбург, 2002. С. 69-71.

Валуев В. А.         К фауне птиц рыборазводных прудов Фёдоровского района Башкортостана          //  Материалы к распространению птиц на Урале, в Приуралье и Западной Сибири. Екатеринбург, 2004. С. 44-49.

Валуев В.А.          Экология птиц Башкортостана (1811-2008).          Уфа: Гилем, 2008а. 712 с.

Валуев В.А.          Орлан-долгохвост в Башкирии    // Редкие и исчезающие виды животных и растений Республики Башкортостан: Материалы ведения Красной книги Республики Башкортостан за 2012 год. Вып. 4. Уфа: РИЦ БашГУ, 2012. С. 18.

Валуев В.А.          К орнитофауне Чишминского района Республики Башкортостан  // Авифауна Украины. 5. 2014. – С. 13-24.

Валуев В.А., Валуев К.В. Новые наблюдения редких птиц в Башкирии // Итоги биологических исследований. Вып. 6. 2000 г.: Сб. науч. трудов // Изд-е Башкирск. ун-та. Уфа, 2001. С. 161-163.

Дементьев Г.П. Отряд хищные птицы Accipitres или Falconiformes // Птицы Советского Союза. М.: Изд-во «Советская наука». 1951. Т.1.  С. 70-341.

Дементьев Г.П., Гладков Н.А., Птушенко Е.С., Судиловская А.М. Определитель птиц СССР. М.: Наука, 1948. 450 с.

Иванов А.И., Штегман Б.К. Краткий определитель птиц СССР. Изд. 2-е, испр. и доп. Л., Наука, 1978. 560 с.

Рябицев В.К. Птицы Урала, Приуралья и Западной Сибири: Справочник-определитель. – Екатеринбург: Изд-во Урал.  ун-та, 2002. 608 с.

Сушкин П.П. Птицы Уфимской губернии // Материалы к познанию фауны и флоры Рос. имп. Отд. зоол. Вып. 4. 1897. 331 с.

Heinzel H., Fitter R., Parslow J.  Pareys Vogelbuch: alle Vögel Europas, Nordafrikas und des Mittleren Ostens. Hamburg; Berlin: Parey, 1983. 334 S.

Svensson L., Mullarney K., Zetterström D. Collins bird guide. The most complete guide to the birds of Britain and Europe. 2 edition. Trento, Italy, 2009. 450 p.

Fitter R.S.R. British birds. L.: Collins, 1966, 288 p.

                                                                           Романов В.В.

Госпиталь птиц Зеленый попугай (Москва)

E-mail: nisus@mail.ru

// Материалы по флоре и фауне Республики Башкортостан. 2016. № 10. С. 48-63.

Введение

   На протяжении 2-х лет, в период осеннего пролета  птиц,  в районе отстойников Нижнего Новгорода проводились плановые исследования некоторых физиологических и патофизиологических состояний ржанкообразных птиц – участников осенней миграции. Кроме этого дополнительно на эти же показатели  исследовались вальдшнепы проживающие в Приокско-Террасном заповеднике Московской области и горах Москвы. Если в первый год исследований был стандартным  без видимых  отклонений от ежегодной нормы, то  на второй год  исследований в районе Нижнего Новгорода  была отмечена местная эпизоотия птиц, при которой отмечалось явления массовой гибели диких птиц  (около  50%).  Явления эпизоотий среди диких птиц систематически рассматривалась в американских источниках (Гилман, 2006). Также отмечаются случаи массовой гибели птиц от различных инфекций и отравлений химическими веществами. Из инфекций отмечались такие агенты, как пастереллез, сальмонеллез, болезнь Ньюкасла, ботулизм, микотоксикозы, лихорадка западного Нила. Причиной массовой гибели птиц является воздействие пестицидов, свинца, цианида, а так же отравления нефтью и др. Также, среди причин гибели ослабленных особей диких видов птиц отмечаются гельминтозы (Потемкина, 1960). К сожалению,  в настоящее время эпизоотии и смертность от токсических веществ среди диких птиц в России,  в отличие от департаментов развитых стран в настоящий момент (2015 год), рассматриваются только под углом зрения сельского хозяйства (министерство Россельхознадзора).

   Явления применения нозодов широко дискуссируются в среде медицины и гомеопатии. Действительно, многие эффективные препараты для лечения людей и животных были получены именно таким путем. Среди таких  лекарственных нозодов, как яркий пример,  можно отметить фракции Дорохова АСД 2, АСД3-, эффективно помогающие при самых различных заболеваниях не только у животных (в частности птиц), но и существенно помогающие при терапии людей.   Любопытно и  действие найденных нозодов на центральную нервную систему. Тут прослеживается прямая взаимосвязь между психическим и физическим здоровьем пациента. У человека психическое здоровье, зачастую, связано с социальным здоровьем (оценкой социальной значимости пациента), так как человек является, прежде всего, общественным животным. Подобная же тенденция прослеживается и у птиц, также ориентированных на общественные внутривидовые формы жизни (например, явление трихоптиломании и унгвофагии у попугаев). В первую очередь, для поведенческой коррекции таких пациентов вступают способы помощи, ориентированные на деинституционализацию. В рамках такой помощи постоянно поднимается вопрос о более корректной  форме применения психотропных  лекарств, к которым относятся такие группы, как анксиолитики, антипсихотические и антиманиакальные антидепрессанты.

                                                                Методы и материалы

   Исследования проводились с использованием собственной полевой лаборатории при помощи визуализации объекта методом нативного мазка под микроскопом, посевов материала на питательные микробиологические среды, а также лабораторий   Института вирусологии им.Д.И.Ивановского и госветлаборатории в Нижнем Новгороде. Проводили исследования  на арбовирусные инфекции, включая лихорадку Западного Нила. Также тестировали птиц на грипп, болезнь Ньюкасла, сальмонеллез и орнитоз. Проводились общие микробиологические исследования и исследования паразитов. Проводились биохимические  и клинические методы исследования крови. Образцы (смывы со слизистой гортани и клоаки) брали у куликов находящихся в состоянии осенней миграции в первой половине августа. Материал, требующий стационарной лаборатории, транспортировали при помощи полевого рефрижератора до места назначения. В качестве исследования клинических симптомов привлекались добровольцы (3 человека),  однократно применявшие  в количестве 7 капель предварительно динамизированную сыворотку заболевших птиц в разведении С6 (т.е. когда молекулы исходного вещества находилось в разбавителе (70% спирт)). Разведение (динамизацию) осуществляли по общепринятой гомеопатической методике (3). Тем самым риск применявшегося вещества был сведен к минимуму.

Исследования

   В норме у куликов,  в частности, у турухтанов, вальдшнепов и других видов, обнаруживается определенная закономерность, регламентирующая сосуществование различных форм жизни: как хозяев, так и паразитической формы, проживающей в птицах. Паразитическая форма целиком зависит от факторов внешней среды, наличия условий развития паразитов, наличия промежуточных хозяев, являющихся кормовыми объектами куликов. Играет роль температурный режим и водный режим биотопов, в которых проживают ржанкообразные. Влияние среды может быть кратковременным, экспозиционно она также влияет на состояние куликов, находящихся в состоянии миграционной активности. Если в стабильный период мы находили определенный набор паразитов, определяемый методом нативного мазка, то в неблагоприятный период (эпизоотическая вспышка) числовое выражение некоторых паразитов резко сократилось до минимума.   Так, в норме мы обнаруживали таких представителей гельминтов, как Cyathostoma bronchialis, Porrocaecum crassum  (вальдшнепы Scolopax rusticola) и Leucochloridium perturbatum (турухтаны Philomachus pugnax), а также различных паразитов  класса споровиков Apicomplexa рода Eimeria, и представителей условнопатогенной фауны класса жгутиковых Histomonas meleagridis у обоих видов птиц. При действии токсинов инфекции соотношение  видов и количество гельминтов резко падало.

При паразитологическом и микробиологическом обследовании в первый год у турухтанов  была выявлена следующая микрофлора и паразиты:

                                                             Гельминтофауна куликов

   Если у вальдшнепов  проживающих в Москве и Московской области на осенней миграции, протекающей весьма продолжительное время: с сентября до декабря включительно, обнаружилось, в общем-то, не очень много видов гельминтов, определяемых визуально и на основе нативных мазков под микроскопом. Это такие гельминты, как цестоды Drepanidotaenia spp.

                                                     Дрепанидотениозы вальдшнепов

   К дрепанидотениозам относятся такие виды, как Drepanidotaenia lanceolate и D.przewalskii, относящиеся к роду цестод Drepanidotaenia Railliet, 1892, семейству Hymenolepididae Fuhrmann, 1907.

Рис. 1. Яйцо Drepanidotaenia spp.

   Данные цестоды паразитируют в тонком отделе кишечника водоплавающих птиц и вальдшнепов. Яйца данного гельминта (рис. 1)  имеют по 4 оболочки, включающие в себя один зародыш, вооруженный шестью крючьями. Наружняя оболочка двухконтурная. Размеры яиц колеблются от пребывания их в  воде (в воде они принимают овально круглую форму): длина от 0,046 до 0,106 мм, ширина от 0,037 до 0, 103. На третьей, более плотной оболочке имеются выступы на полюсах, по бокам этих выступов располагаются длинные парные отростки (филаменты) (Шевцов, Заскинд, 1960).

                                                              Развитие дрепанидотений.

   Дрепанидотении развивиаются с участием промежуточных хозяев: циклопов из отряда Copepoda, семейства Cyclopidae.  Половозрелые цестоды, обитая в кишечнике околоводных видов птиц, отделяют зрелые членики, наполненные яйцами. Яйца освобождаются от члеников, и их заглатывают циклопы. Из кишечника циклопа зародыш (онкосфера) через 6-7 часов проникает в тело циклопа. На 30 день онкосфера превращается цистицеркоид. Проглоченный цистицеркоид переваривается  в желудке и попадает в тонкий отдел кишечника птицы, а там при помощи 4 присосок и вооруженного хоботка прикрепляется к слизистой оболочке  кишечника. Через 10 дней личинка развивается до половозрелой особи.

                                                          Гименолепидозы вальдшнепов

Рис. 2. Яйца   Hymenolepis cantaniana.

    К геминолепидозам относятся цестоды семейства Hymenolepididae, рода Hymenolepis Weinland,1858.

Яйца бесцветные, имеют три оболочки и включают по одному зародышу (онкосфера) с шестью крючьями размером 0,0079 мм. Размер яиц от 0,032-0,036 мм длины и 0,028-0,034 шириной.

Развитие гименолепидозов

   Цестоды Геминолепидозы развиваются с участием  промежуточных хозяев – циклопов: Eucyclops serrulata, Acanthocyclops viridis, Cyclops strenuous, Mesocyclops leicarti, Macrocyclops albidus и диаптомусов.  В полости тела циклопа личиночные формы созревают до инвазионного цистицеркоида, а затем, после попадания в кишечник  птицы, цистицеркоиды созревают до половозрелой стадии в срок 14–17 дней.

                                                               Сингамозы вальдшнепов

   Сингамоз – это заболевание, вызванное нематодами (рис. 3), где возбудители локализуются в верхних  дыхательных путях (трахее и бронхах). Нематоды относятся к семейству  Syngamidae Leiper, 1912, роду Syngamus Siebold,1836.

 Рис. 3. Яйца нематод.

Развитие сингамусов

   Паразит развивается как  без промежуточного хозяина, так и  со сменой хозяев. Самка откладывает яйца в просвет трахеи и бронхов. Оттуда они попадают в ротовую полость. Затем при кашле и чихании выбрасываются наружу. После проглатывания птицей своей мокроты, эти яйца попадают в кишечник и выходят в виде незрелых яиц наружу. При температуре 27 ºС и влажности в яйцах на 8-10 сутки развиваются  инвазионные личинки. При проглатывании птицей таких яиц с кормом или водой, из яиц освобождаются личинки и попадают в пищеварительный тракт, а потом через стенку кишечника  с током крови – в легкие и трахею. Через 10-14 дней личинки, питающиеся кровью хозяина, достигают половозрелой стадии, и на 17-20 день яйца с каловыми массами выделяются наружу. Средняя продолжительность жизни сингамусов в организме птиц от 46-61 дня. В случае участия промежуточного хозяина, яйца или личинки попадают в дождевых червей, моллюсков, мух и жуков-капрофагов. Там паразит не развивается, а лишь дожидается, когда будет проглочен окончательным хозяином.  Самое интенсивное заражение происходит через дождевых червей. Личинки сингамусов проникают через кишечную стенку червей в мышцы, где инцистируются и живут по несколько лет до того, как его проглотит окончательный хозяин.

Трематоды рода Leucochloridium Carus ,1835

Рис. 4. Leucochloridium perturbatum.

   Как и все трематоды Leucochloridium perturbatum (рис. 4) является биогельминтом с  наличием в цикле развития промежуточных хозяев. Очевидно, яйца (рис. 5) L.perturbatum, попадая  водную среду, формируют мирацидий, который затем проникает в тело  промежуточного хозяина – моллюска Bithynia или  Codiella.

 Рис. 5. Яйца Leucochloridium perturbatum.

   В печени моллюска развиваются спороциста и церкарии, которые после того, как покинут тело промежуточного хозяина, с током воды попадают в тело дополнительного хозяина, а именно в рот или анус личинки стрекозы. Обычно за 70 дней личинка достигает  инвазионной стадии, а именно стадии метацеркария. Как и в личинке, так и у куколки срекозы, метацеркарии долго сохраняют свою инвазивность, и затем переходят во взрослую особь стрекозы. Кулики могут заражатся при поедании личинок, куколок и взрослых насеокмых.  После переваривания насекомого в кишечнике у кулика, метацеркарий проникает в организм последнего.  Следует отметить, что аналогичные заражения    другими видами трематод сопровождаются массовой гибелью зараженных  сельскохозяйственных птиц (некоторые авторы отмечают – до 100%). В нашем случае, мы всегда отмечали низкую сопротивляемость пойманных зараженных терматодами птиц к неизбежным при поимке стрессфакторам. Это выражалось в неспособности птиц улететь после поимки и обследования, и такие птицы пешком покидали место орнитологической лаборатории. Однако, год массового падежа пролетных околоводных видов птиц характеризовался следующими особенностями:  по сравнению со стандартным (предыдущим) годом исследований, в год массовой гибели куликов было отмечено сокращение встреч трематод в мазках клоаки исследуемых птиц (рис. 6).

 Рис. 6. Снижение количества носителей L.perturbatum  при вспышке ботулизма среди куликов.

   С целью тестирования физиологического состояния куликов нами дополнительно проводились общепринятые исследования крови куликов, на основании которых определялись биохимические  нормы  крови, и  проводилась общепринятая  клиническая диагностика птиц. Таким образом, соотношение больных и здоровых птиц среди пойманных птиц составило примерно равное количество, а именно здоровых птиц было 53,3%, а больных соответственно – 46,7%.

   При этом у больных птиц по биохимии крови определялись различные нарушения в работе таких органов, как печень, почки, сердце и также обнаруживалось падение кальция в сыворотке крови, что составляло: Кардиопатии – 57,14% , Нефрит – 45,80%,  Гепатит  – 45,80%, Гипокальциемию – 57,14%.  (рис. 7).

Рис. 7. Патологии у больных куликов.

   Во время наших исследований в период возникновения эпизоотии  ржанкообразных на пролете около Нижнего Новгорода нами отмечались следующие клинические  признаки заболевания птиц, а именно:   турухтаны и другие кулики входили в состояние вялости, отказа лап (парез лап, параплегии лап). Птицы не могли встать, пытаясь улететь от человека, хлопали крыльями и волочили свои  лапы. Затем,  птицы впадали в терминальное состояние характеризующимся полным отключением сознания, дыхательное движения грудного отдела при этом были сохранены. Птицу можно было класть в любом положении. Находились в таком состоянии до полусуток, а потом погибали.

Патологоанатомическое вскрытие птиц

   При вскрытии отмечалась отечность головного мозга, желтушная печень. У одной птицы отмечались внутрикожные кровоизлияния. Кровоизлияния в бедренных мышцах. У чибиса Vanellus vanellus:  глинистая печень которая кровоточит при разрезе, кровью наполненные сосуды, кровоизлияния головного мозга. Легкие в норме. Покраснение тонкого кишечника.   Покраснение локусное железистого желудка.  Покраснение концов слепых кишок. Есть гастролиты в мускульном желудке. У бекаса  Gallinago gallinago: печень в норме, с острыми краями, осуды кровенаполненны, отечность головного мозга, почки зернистые и увеличены, локусные кровоизлияния медиальной части бедренных мышц. Непосредственной причиной гибели куликов было поражения центральной нервной системы, характеризующиеся  инсультами и отеками головного мозга.

 Лабораторные исследования

   При проведении лабораторных исследований на различных федеральных диагностических базах мы не обнаружили  вирусных инфекций (Федеральное государственное бюджетное учреждение «Научно-исследовательский институт вирусологии им. Д. И. Ивановского» и госветлаборатории в Нижнем Новгороде). Проводили исследования  на арбовирусные инфекции, включая лихорадку Западного Нила. Также тестировали птиц на грипп, болезнь Ньюкасла, сальмонеллез и орнитоз с отрицательным результатом. На базе нашей полевой лаборатории мы обнаруживали условнопатогенную микрофлору  у некоторых птиц – E.coli, Coccus spp, Azotobacter spp, Pasteurella spp, Pseudomonas spp, Salmonella spp. Данные бактерии высеивались нами и ранее в год, свободный от эпизоотии. Поэтому, несмотря на выделенную микрофлору, на основании клинических признаков  и состояния окружающей среды (низкий уровень воды на чеках где кормились на пролете кулики,  инкубационный период с начала прилета птиц и возникновения признаков заболевания,  составлявший около 3-7 дней) нами было сделано предположение о присутствии токсина ботулизма.

   Известно, что  диагноз на ботулизм обычно ставят на основании полного бактериологического исследования, в который входит и  биологическая проба на токсин вырабатываемый  Clostridium botulinum. Отмечается что токсин Botulinum toxin (BTX)  может быть обнаружен в растительных и мясных кормах при температуре 25-38 ºС в нейтральной или слабощелочной среде и в анаэробных условиях. Отмечено, что данный микроб не размножается при кислой реакции (рН=3,0-4,0) и при концентрации NaCl выше 10%. Данный токсин разрушается при кипячении 15-20 минут в жидких средах, в твердых – до 2-х часов, при резкощелочной реакции среды (рН выше 8,5). Разрушается под влиянием спирта, ацетона. Не изменяется под действием эфира и хлороформа. В качестве материала, используемого для выделения токсина, является содержимое желудков, а также кровь заболевших животных. В лаборатории  пробы после обработки высеивают на питательные среды –мясопептонные печеночные агары (среда Китт-Тароцци), при температуре 35-37С в течение 14 дней. Рост Clostridium botulinum на 2-3 день характеризуется равномерным помутнением среды, обарзованием осадка и запахом прогорклого масла. После этого культуру микроскопируют. Clostridium botulinum является довольно крупной палочкой длинною 4-6 ню и в ширину 0,5-1,2 ню. Морфологически микроб подвижен и имеет на своей поверхности от 5 до 30 жгутиков. В ранних культурах Clostridium botulinum грамположителен, а в более старших – грамотрицателен. Палочки образуют споры и имеют на концах характерные крупные овальные споры, напоминающие все вместе по форме теннисные ракетки.

   После выделения чистой культуры Clostridium botulinum ее фильтруют через фильтр Зейтца и вводят подкожно или внутрибрюшинно морским свинакам или белым мышам как чистый фильтрат, так и в смесях с различными типами противостолбнячных сывороток А, В, Е, С, D, определяя по соответствующей смертности тип ботулизма. По упрощенной схеме, в случае отсутствия сывороток ботулизма, токсичность устанавливается путем введения инъекцией фильтрата культуры двум животным, а в качестве контроля вводят тот же фильтрат предварительно обезвреженным нагреванием до 100С в течение 30 минут в водяной бане. В случае невозможности проведения бактериологического исследования, выполняют биологическую пробу, но даже и в случае отрицательного результата невозможно полностью исключить ботулиническое отравление.

Место возникновения вспышки

   Условия возникновения заболевания,  в общем, благоприятны и по времени и по свойствам окружающей среды: это, в первую очередь,  низкий уровень воды в реках, обуславливающий прогревание воды до температуры, необходимой для возникновения эффекта накопления токсина ботулизма и наличия различных беспозвоночных, находящихся в реках, которыми питаются пролетающие группы куликов.

Исследование выделенного токсина методом гомеопатической фармакопеи:

   С целью верификации симптомов заболевания птиц нами было проведено несколько исследований:

 1) вводили Препарат Артлуга С6 на спиртовой основе птицам для исследования патогенности  и получили повторяющийся отрицательный результат  в отношении летальности и видимых ухудшений клинических признаков птиц;

  2) затем мы провели исследование на добровольцах путем однократного перорального употребления полученного вещества методом гомеопатической фармакопеи, исключающим передозировку и заражение возможной инфекцией. Препарат, носящий рабочее наименование (Артлуга), изготовленный на основе 40 % спирта  в сверхвысоком разведении и хранящийся при температуре + 18-20 ºС  двукратно был употреблен только через год  тремя добровольцами – авторами проводимых исследований.

Препарат:  Сыворотка крови куликов зоны их гибели разведенная 1 к 10 на спирту 40% и последовательно динамизация до С6 (первый раз ввели), С12 (второй раз ввели), при этом  за первое разведение (маточное Д1) принимается как за С1.

Испытания на добровольцах (реципиенты закодированы буквами В. Р. Ф – каждый доброволец соответствует букве. Доброволец В (бывший профессиональный спортсмен)  жалуется в анамнезе на постоянные миозитные боли в течение 1 года мыщц плеча и предплечья руки. Доброволец Ф (пенсионерка, находится в состоянии деменции), Доброволец Р (ни на что не жалуется, клинически здоров).

При сравнении клинических симптомов птиц и людей получились следующие данные:

Клинические признаки у куликов заключались в следующих кратких симптомах: 1) состояние вялости; 2) отказа лап (парез лап, параплегии лап); 3) терминальное состояние; 4) угнетение ЦНС; 5)  отечность головного мозга; 6) желтушность печени; 7)  внутрикожные кровоизлияния; 8) кровоизлияния в бедренных мышцах.

Клинические признаки у людей  при введении выделенного нозода  Артлуга заключались в следующих кратких симптомах:

1) Психические симптомы. Во сне как бы распался на куски, которые уползают. Ватная голова. Общая вялость. После применения улучшается мышление и память. Конструктивные яркие сны. Во сне фонтан ярких идей. Улучшение предусмотрительности. Более объективная оценка действительности. При деменции вспоминает реальность, начинает воспринимать окружающую обстановку. Улучшение речи.

2) Физические симптомы. Проявляются отрицательные  симптомы, связанные с нижними конечностями. Сильные хронические дорсальные боли в бедренных мышцах по ночам.  Легкое лихорадочное состояние. Боли после охлаждения, ревматоидные миозитные боли. Мышцы руки болят постоянно,  после применения – сильное обострение, спать от боли было невозможно две ночи подряд с захватом на третью ночь. Днем рука перестала болеть, периодически были судороги.  На третий день в течение 1-2-х суток воспаление лимфоузлов шеи со стороны руки. После первого приема С12 наблюдались небольшие спазмы с небольшой интенсивностью, боли в желудке, небольшая отрыжка.  Немного и недолго болит голова. Затем немного поболел  левый глаз. На второй прием повторилось то же самое, затем немного поболел правый глаз.

  По приведенным симптомам, вызываемым у человека становится ясно что мы имеем дело с психическими заболеваниями,  имеющими когнитивные функции.  К ним относятся  сенсориум (уровень сознания) память и ориентировка (непосредственная реакция), память на текущие события, память на недавние и отдаленные события, ориентировка во времени, месте, собственной личности.

3)  Интеллект: школьные и профессиональные достижения, интерпретация пословиц и басен, словарь. По сути если у больного Ф, вследствие конверсионного процесса, протекающего у того  в жизни и приведшего к заболеванию в виде варикозного расширения вен, а затем приводит к снижению трофики прилежащих тканей и как следствие возникновению гагренозного очага, который был вылечен гомеопатическими методами при помощи средств  Ледум – Арсеникум-Фосфор последовательно. После элиминации данного заболевания, возникло явление прогрессирующей  деменции – как дальнейшего шага конверсии. Применение нозода Артлуга привело к реконверсии и по существу снижению и даже краткой остановке деменции и улучшению когнитивных функций организма, что привело, как следствие, к возврату и состоянию прогрессирующего соматического заболевания, характеризующегося болями и местным воспалением  в ногах.

Сравнение действия  Артлуги с аналогичными действиями коммерческого препарата Botox.

    Таким образом, мы получили сходство при сравнении  динамики  и  действия полученного препарата  Артлуга и сравнении его действия  с коммерческими препаратами (производства Америки, Китая и Великобритании),  полученными из ботулинического токсина (например Botox). Данные препараты успешно  применяются  по таким нозологиям  у человека, как судороги и дистонии, дистонии шейки матки, кривошея, блефароспазм, или подергивание век, косоглазие, чрезмерное потоотделение, хронические мигрени, хронические очаговые невропатии, двигательные расстройства, связанные с травмой или заболеванием центральной нервной системы;  последствия травм, инсульта; при рассеянном склерозе, болезни Паркинсона, или церебральном параличе, доброкачественной гиперплазии предстательной железы; дисфонии, Тремор, Синдром болезненного мочевого пузыря. Рак желудка. Аллергический ринит. Хронические боли скелетных мышц.

В качестве косметического лечебного средства токсин ботулизма используется очень активно – мало того это наиболее распространенная косметическая операция. Так в США было проведено более 6,3 млн операций с применением этого препарата.  Интересно, но мировой рынок  ботулинической продукции используемый для косметологии достигнет  к 2018 году более 2,9 млрд долларов. А производство ботулинической продукции для лечения  болезней связанных с лицевым отделом достигнет по прогнозам 4,7 млд долларов в год. Таким образом примерная сумма оборота составит 8 млрд долларов к 2018 году на земле.

Схема действия ботулотоксина

   Действие ботулотоксина основано прежде всего на подавлении экзоцитоза ацетилхолина и других медиаторов из пресинаптических окончаний. Этот токсин соединяясь с неизвестным пока науке рецептором на холинергическом окончании посредством эндоцитоза перемещается  в цитозоль.  Различные типы ботулотоксина разрушают разные белки пресинаптической мембраны (синтаксин-1 и SNAP-25) и синаптических пузырьков (синаптобревин)(4)  О том что блокируется выделение ацетилхолина  говорят явления параплегии задних конечностей куликов, а затем тетраплегии как следующего этапа развития заболевания. И как следующий сценарий паралича дыхательных мышц.  Действительно раздражение двигательного нерва вызывает  выделение ацетилхолина  в перфузат, оттекающей от соответствующей мышцы . Понятно, что минимальное количество ацетилхолина вызывает сокращение мышц. Однако при рефлекторном раздражении конечностей у куликов нами этого эффекта получено не было, что говорит о блокировке ацетилхолиновых рецепторов.

Выводы

1. При возникшей эпизоотии  был выявлен явный антигельминтный эффект – количественное соотношение найденных  трематод у куликов к особям, не являющимся носителями гельминтов, сократилось с 11,5 % до 3,3%.

2. Существуют явные совпадения между клиническими признаками куликов и людей (По признакам обострения и подобия).

3. Непосредственной причиной гибели куликов было поражение центральной нервной системы, характеризующееся инсультами и отеками головного мозга.

4. Установлено явное улучшение работы головного мозга

   (ц.н.с) – 100% реципиентов (принимавших препарат поученный из крови куликов), что благоприятно сказалось: а) при  деменции (гипомнезии)- (положительный эффект), б) улучшениях мышления, творческого потенциала и в) реакциях у других реципиентов.

Наряду с явными положительными явлениями в области центральной нервной системы  у людей отмечается и побочное действие в виде кратковременного (до несколько суток) ухудшения деятельности периферической нервной системы, что выражалось клиническими признаками миозита в конечностях как ног, так и рук.

   Применение по принципу: «Болезнь излечивает подобное подобным» (данный принцип широко используется в практической современной медицине в виде применения вакцин, лечение горячим ожогов, лечение хиной малярии, и прочее) изготовленного препарата необходимо для разработки нового лекарственного средства в области  медицины.

Литература:

Гилман.А.Г. Клиническая фармакология по Гудману и Гилману Книга первая. М.: Издательский дом «Практика», 2006. 484 с.

Потемкина В.А. Гельминтозы домашних птиц. М.: Сельхозгиз, 1960. 226 с.

Сорокин В.Н. Российская гомеопатическая фармакопея – результат научных исследований спиртовых растворов в технологии изготовления лекарственных средств. Материалы научного семинара 9 апреля 2002 года. М.: Индрик, 2002. С. 60-88

Сорокин В.Н. Проблемы сверхмалых концентраций в гомеопатии и структура воды. Материалы научного семинара 9 апреля 2002 года. М.: Индрик, 2002. – 96 с.

Шевцов А.А., Заскинд Л.Н. Гельминты и гельминтозы домашних водоплавающих птиц. Харьков: Изд-во Харьковского ун-та, 1960. 444 с.

Chalnek B.W… Diseases of Poultry. Editorial Board for the American Assiciation of Avian Pathologists . Jawa State Universitu Press Ames, Jowa, USA  Tenth edition, 2003. p 309-310, 313.

  Автор приносит свою огромную благодарность Мацыне А.И, Мацыне Е.А и Королькову М.А за непосредственное участие и огромную помощь в написании данной статьи, так как без их более чем существенной помощи, к тому же в полевых условиях, ни одной строки не было бы написано.

Галиева Л.Ф.

Соискатель кафедры зоологии БашГУ; 450074, г. Уфа, ул. З. Валиди, 32.

galieva-liliya@yandex.ru

// Башкирский орнитологический вестник. 2008. № 5. С. 10-11.

Эверсманн Э.А. (1966) находил квакву в пределах Оренбургского края только по нижнему течению Волги и Урала. Сушкин П.П. (1897) её не встречал, но видел два экземпляра, один из которых добыт у г. Уфы, а другой — в начале апреля 1891 г. в окр-тях оз. Шингак-куль. Ильичев В.Д. и Фомин В.Е. (1988) наблюдали одиночную квакву в долине р. Белой у с. Русс. Ангасяк в сентябре 1975 г. и называли её редкой залетной птицей Предуралья. Валуев В.А. и Валуев К.В. (2001) встретили двух особей на берегу р. Дема в окр-тях п. Чишмы 26 августа 1999 г.

Мы встретили квакву 25 мая 2008 г. на заболоченном мелководье оз. Кандры-куль близ д. Кандры-Куль (Туймазинский р-он). Птица была поднята на крыло самкой болотного луня, пролетела несколько метров и снова затерялась среди прибрежной растительности. Серые крылья, черная спина и «шапочка», красные ноги не оставили у нас сомнения в видовой принадлежности данной особи. Несмотря на то, что кваква была встречена нами в брачный период, вряд ли можно предполагать её гнездование, так как при последующих посещениях этой территории вид обнаружен не был.

Литература:

Валуев В.А., Валуев К.В. Новые наблюдения редких птиц в Башкирии // Итоги биологических исследований. Вып. 6. 2000. Сборник научных трудов. Уфа, изд-е Башкирск. ун-та, 2001. С. 161-163.

Ильичев В.Д., Фомин В.Е. Орнитофауна и изменение среды (на примере Южно-Уральского региона). М., Наука, 1988. 248 с.

Сушкин П.П. Птицы Уфимской губернии. М., изд-во «Товарищество И.Н. Кушнеревъ и Кº», 1897. 331 с.

Эверсманн Э.А. Естественная история Оренбургского края. Казань, 1866. 621 с.

Галиева Л.Ф.

Башкирский государственный университет, г. Уфа, ул. Фрунзе, 32, научно-учебный музей, 450074.

ValuyevVA@bsu.bashedu.ru

Биоразнообразие, проблемы его сохранения в Южном регионе Республики Башкортостан и на сопредельных территориях. Стерлитамак, Стерлитамакский гос. педагогический институт, 2003. С. 74- 75.

Учет птиц проводился по методике Ю.С. Равкина (1967) в 4-х биотопах поселка: старые индивидуальные застройки (СИЗ), новые индивидуальные застройки (НИЗ), железная дорога и её окрестности (ширина учетной полосы 130 м), старые многоэтажные застройки (СМЗ).

Были получены следующие результаты (в скобках — количество особей на 1 кв. км.). В биотопе СИЗ доминантными видами являются: полевой воробей (377,08), сизый голубь (183,33), большая синица (125,00). В НИЗ — сорока (97,78), серая ворона (96,00), полевой воробей (44,44). В районе железной дороги — полевой воробей (226,19), серая ворона (128,87), большая синица (95,24). В СМЗ — большая синица (537,44), серая ворона (437,00), галка (211,45). Плотность всех видов по посёлку в целом показана в таблице 1.

Таблица 1.

Плотность птиц в поселке Кандры в январе-феврале 2003 г.

В г. Уфе в этот период доминантами являются домовый воробей, большая синица и сизый голубь (Валуев, 2003).

Литература:

Валуев В.А. Динамика зимней авифауны г. Уфы (на примере 1990 и 2002 гг.). Препринт. Уфа, РИО БашГУ, 2003. 12 с.

Равкин Ю.С. К методике учёта птиц в лесных ландшафтах // Природа очагов клещевого энцефалита на Алтае. Новосибирск, «Наука», 1967. С. 66-75.

Орнитофауна частного сектора Демского района г. Уфы

зимой 2015-2016 гг.

Галиева Л.Ф.*, Лютгольц В.К.^**, Арсланова Э.Р.**

 E-mail: galieva-liliya@yandex.ru

// Башкирский орнитологический вестник. 2016. № 17. С. 15-18.

Работ по изучению зимней авифауны городов Башкирии очень мало. Основные работы по г. Уфе  представлены лишь у нескольких авторов – В.А. Валуева (2002, 2007, 2007а), В.В. Загорской (2012, 2013, 2013а,  2015). Однако, в Демском районе Уфы, который стоит особняком от основного массива, никто из вышеуказанных исследователей не работал. Это послужило толчком для начала проведения орнитологических исследований в этом районе.

Данные исследования проводились с конца ноября 2015 по февраль 2016 гг. Общая длина маршрута за 3,5 месяца наблюдений составила 14 км и охватила территорию, по которой проходят улицы  Мусы Джалиля, Левитана, Новороссийская, Центральная и  Правды. Малоэтажные застройки представлены 2-3 этажными домами с чердачными помещениями и характеризуются наличием густых кустарников, насаждениями тополя, березы, рябины, ели, клена.

Учет птиц проводился по методике Ю.С. Равкина (1967) с использованием  понижающего коэффициента (Валуев, 2004, 2012). Обилие птиц оценивали по шкале А.П. Кузякина (1962).

Количественные результаты исследования представлены в таблице 1.

По нижеприведённым данным, доминантными видами в зимний период являются большая синица, домовый воробей и сизый голубь. Редкими – сорока и чечетка.

Из биотопов других районов Уфы, наиболее близких к изучаемому нами, является массив старых многоэтажных застроек (МСМЗ), где работали вышеприведённые авторы. По В.А. Валуеву (2008) в 1990 г. максимальное обилие большой синицы за зимний период составляло 400 особей/км², а в 2002 г. – более 1100. Но уже в 2013 г. в МСМЗ Уфы количество данного вида не превышало 150 особей на км² (Загорская, 2014).

Таблица 1.

Обилие зимних видов птиц Дёмского района г. Уфы

Максимальное обилие домового воробья  в МСМЗ в 1990 г. составляло около 3,5 тыс. особей, а в 2002 г. – чуть более тысячи (Валуев, 2008). В 2012 г. в зимнее время максимальное обилие наблюдалось в январе (1400 особей/км²), а в 2013 г. – 1000 (Загорская, 2014а).

Максимальное обилие сизого голубя в 1990 г. было около 1300 особей/км²), а в 2002 г. – около 800 (Валуев, 2008); в 2013 г. – 600, а в 2014 г. – 300 особей/км² (Загорская, 2015а).

Таким образом, на фоне общего снижения численности доминирующих видов г. Уфы, обусловленного общими для республики причинами (Валуев, 2010, 2011), Дёмский район не оказался исключением. Отличие его от других районов города, заключается в его «островном» расположении, что более благоприятно влияет на присутствие в нём большой синицы.

Литература:

Валуев В.А. Зимние встречи птиц в Уфе в 2002 году // Итоги биологических исследований. 2001 г. Вып. 7.: Сборник научных трудов. Уфа, РИО БашГУ, 2003. С. 51.

Валуев В.А. Экстраполяционный коэффициент как дополнение к учету численности по методике Ю.С. Равкина (1967) для территорий со значительной ландшафтной дифференциацией // Вестник охотоведения. Том 1, № 3. М., 2004. С. 291-293.

Валуев В.А. Динамика зимней орнитофауны г. Уфы // Материалы II международной научно-практической конференции «Урбоэкосистемы: проблемы и перспективы развития». Ишим, 2007. С. 148-151.

Валуев В.А. К экологии серой вороны в городских условиях в зимнее время (на примере г. Уфы) // Материалы II международной научно-практической конференции «Урбоэкосистемы: проблемы и перспективы развития». Ишим, 2007а. С. 151-153.

Валуев В.А. Экология птиц Башкортостана (1811-2008). — Уфа: Гилем, 2008. — 712 с.

Валуев В.А.  Возможные причины снижения численности птиц в городских условиях (на примере г. Уфы) // Башкирский орнитологический вестник. Уфа, РИЦ БашГУ, 2010. Вып. 8. С. 9-12.

Валуев В.А.  Сокращение численности птиц в Республике Башкортостан // Сборник научных трудов по материалам международной научно-практической конференции «Перспективные инновациии в науке, образовании, производстве и транспорте 2011». Том 24. Медицина, ветеринария и фармацевтика, биология, сельское хозяйство. Одесса, Черноморье, 2011. С. 77-79.

Валуев В.А.  «За» и «против» «понижающего» коэффициента // Сборник научных трудов SWorld. Материалы международной научно-практической конференции «Научные исследования и их практическое применение. Современное состояние и пути развития. 2012». Выпуск 3. Том 31. Одесса: КУПРИЕНКО, 2012. Цит. 312-103. С. 36-43.

Загорская В.В. Изменение зимнего обилия доминирующих видов птиц г. Уфы с 1990 по 2012 гг. // Материалы к распространению птиц на Урале, в Приуралье и Западной Сибири: Региональный авиафаунистический журнал. Вып. 17. 2012 г. Издательство Уральского университета. С.67-69.

Загорская В.В. К обилию домового и полевого воробья в трех различных биотопах г. Уфы // Сборник научных трудов SWorld. – Выпуск 2. Том 36. – Одесса: КУПРИЕНКО, 2013. ЦИТ: 213-675. – С. 83-86.

Загорская В.В. К зимующим птицам Уфы // Башкирский орнитологический вестник: Сборник статей. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2013а. Вып. 11  С.12-14.

Загорская В.В. Динамика обилия большой синицы в г. Уфе в 2013 г. // Зоологические чтения–2014. Мат-лы Всероссиийской научно-практической конференции с международным участием (г. Новосибирск, 11 апреля 2014 г.) Новосибирск, 2014. – С. 108-113.

Загорская В.В. К динамике обилия домового Passer domesticus и полевого Passer montanus воробьев в Уфе в 2012-2013 годах // Русский орнитологический журнал, 2014а. Том 23. Экспресс-выпуск 976: 714-719.

Загорская В.В. К орнитофауне г. Уфы в январе 2015 г. // Башкирский орнитологический вестник: сборник статей. Вып. 13. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2015.  С.16-18.

Загорская В.В. Динамика сизого голубя Сolumba livia в многоэтажных застройках г. Уфы в 2013/14 гг. // Башкирский орнитологический вестник: сборник статей. Вып. 13. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2015а.  С. 10-15.

Ильичёв В.Д., Фомин В.Е. Орнитофауна и изменение среды (на примере Южно-Уральского региона). М.: Наука. 1988. 247 с.

Кузякин А.П. Зоогеграфия СССР // Учен. записки Моск. обл. пед. ин-та им. Н.К. Крупской. М., 1962. Т. 109. Вып. 1.

Равкин Ю.С. К методике учета птиц в лесных ландшафтах // Природа очагов клещевого энцефалита на Алтае. – Новосибирск: Наука, 1967.

Шарипова Г.А.
Башкирское республиканское орнитологическое общество
E-mail: scharipowa.gulshat2013@yandex.ru

// Башкирский орнитологический вестник. 2015. № 16. С.  74-77.

   В ноябре-декабре 2015 г. мы исследовали улицы, шириной не менее 15 м, в Кировском районе г. Уфы: Аксакова, Заки Валиди, Свердлова, Коммунистическая, Красина и Гафури. Целью являлось изучение динамики обилия серой вороны. Во время маршрутных учётов по методике Ю.С. Равкина (1967), отмечались лишь те птицы, которые находились или на самих улицах (на земле) или в небе над ними. Из птиц находящихся на крышах, учитывались только те особи, которые находились на её крае. За каждый учётный маршрут набиралось по 5 км. Двухнедельный период считался за 1 круг – в ноябре 2 круга и в декабре 2 круга; т.е. всего 4 круга. При анализе собранных на учётах данных использовался понижающий коэффициент В.А. Валуева (2004, 2006, 2012).
Улицы изучаемого района характеризуются наличием небольших газонов и невысоких (4-7 м) деревьев и высокоствольных кустарников: рябины, клёна, ели, ясеня, липы, берёзы, ирги и некоторых других. Застройка представлена зданиями 5, 9 и более этажей с чердачными помещениями и без них; с вкраплениями двухэтажных кирпичных (казённых) и деревянных (жилых) строений.
Авифауну г. Уфы в 1990 и 2002 гг. изучал В.А. Валуев (2003-2003б, 2008), с 2011 по 2014 гг. их авифауну исследовала В.В. Загорская (2011, 2011а, 2014, 2014а, 2014б). По её мнению, обилие серой вороны с 1990 г. неустанно снижается (Загорская, 2012). По данным этого же автора в массиве многоэтажных старых застроек, где проходили наши наблюдения, обилие серой вороны возрастало в октябре до 110-120 особей, и так держалось до конца ноября (Загорская, 2013), после чего опять снижалось. В январе 2015 г. её обилие составляло 106,2 особей/км² (Загорская, 2015)
Обилие серой вороны в разные годы неодинаково. Так, в январе 1990 г. обилие этого вида составляло 80 особей/км², а в 2013 – 26, а в феврале 1990 г. – 53,5, в феврале 2013 г. – 46,2 особей/км². Как видно, в феврале обилие в 1990 и 2013 г. почти одинаково (Загорская, 2014). В летнее время обилие серой вороны падает до 2,3 особей/км² (Загорская, 2014а).
Коэффициент перемещения вида «Km» служащий для качественной и количественной оценки перемещений популяций животных, и коэффициент стабилизации «StStp» указывающий на пригодность окружающей среды для обитания в ней вида (Валуев, 2007) показывают на удовлетворительное отношение серой вороны к массиву многоэтажной застройки (Загорская, 2014б). По Валуеву В.А. (2007а) обилие серой вороны на улицах росло в начале января 1990 г. и падало к началу марта. Во второй половине января наблюдалось падение обилия и дальнейшее его нахождение практически на одном уровне. Исследования этого же автора (Валуев, 2012-2013а) указывают на связь между городом и окружающими его посёлками.
Наши исследования также показали скачкообразность обилия серой вороны в изучаемом ландшафте (рис. 1).

Рис. 1. Динамика обилия серой вороны на улицах г. Уфы в ноябре-декабре 2015 г., где:

1 круг – первая половина ноября;
2 круг – вторая половина ноября;
3 круг – первая половина декабря;
4 круг – вторая половина декабря.

   Таким образом, скачок численности во второй половине ноября подтверждает мнение В.А. Валуева о том, что существует связь и между городскими ландшафтами и между городом и его окрестностями.

Литература:

Валуев В. А. Динамика зимней авифауны г. Уфы. Препринт. Уфа, 2003. 12 с.
Валуев В. А. Зимние встречи птиц в Уфе в 2002 году // Итоги биологических исследований. 2001 г. вып. 7.: Сборник научных трудов. Уфа, 2003а. С. 51.
Валуев В. А. Птицы на зимних дорогах Башкирии // Вестник Башкирского университета. 2003б. № 3–4. С. 36–37.
Валуев В.А. Экстраполяционный коэффициент как дополнение к учёту численности птиц по методике Ю. С. Равкина (1967) для территорий со значительной ландшафтной дифференциацией // Вестник охотоведения. М., 2004. Т.1, № 3. С. 291-293.
Валуев В.А. О необходимости использования экстраполяционного (или понижающего) коэффициента // Проблемы Красных книг регионов России: Материалы межрегион. науч.-практ. конф. (30 ноября-1 декабря 2006 г., Пермь) / Перм. ун-т. Пермь, 2006. С. 234-236.
Валуев В. А. Коэффициент перемещения вида и коэффициент стабилизации вида – индикаторы экологического состояния среды обитания популяции // Вестник охотоведения. 2007. Т. 4, № 2. С. 205–206.
Валуев В.А. К экологии серой вороны в городских условиях в зимнее время (на примере г. Уфы) // Урбоэкосистемы: проблемы и перспективы развития: материалы II международной научно-практической конференции / отв. ред. Н.Н. Никитина. -Ишим: ИГПИ им. П.П. Ершова, 2007а. С. 151-153.
Валуев В. А. Экология птиц Башкортостана (1811–2008). Уфа, Гилем, 2008. 712 с.
Валуев В.А. “За” и “Против” “понижающего” коэффициента // Сборник научных трудов SWorld. Материалы международной научно-практической конференции “Научные исследования и их практическое применение. Современное состояние и пути развития ‘2012”. Выпуск 3. Том 31. Одесса: КУПРИЕНКО, 2012. Цит. 312-103. С. 36-43.
Валуев В. А. Взаимосвязь зимней орнитофауны города и его окрестностей (на примере доминирующих видов // Экология урбанизированных территорий. 2012. № 1. С. 74–79.
Валуев В.А. Динамика обилия доминирующих видов птиц в сёлах Уфимского района Башкирии в 2013 г. // Сборник научных трудов SWorld. Материалы международной научно-практической конференции “Научные исследования и их практическое применение. Современное состояние и пути развития ‘2013”. Выпуск 2. Том 36. Одесса: КУПРИЕНКО, 2013. Цит: 213-021. С. 35-37.
Валуев В.А. К питанию врановых в Башкирии // Сборник научных трудов SWorld. Материалы международной научно-практической конференции “Научные исследования и их практическое применение. Современное состояние и пути развития ‘2013”. Выпуск 3. Том 44. Одесса: КУПРИЕНКО, 2013. Цит: 313-0472. Стр. 54-56.
Загорская (Дурягина) В.В. К изучению орнитофауны г. Уфы в 2011 г. // Материалы по флоре и фауне Республики Башкортостан: Вып. II. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2011. — С. 25-29.
Загорская (Дурягина) В.В. Птицы улиц г. Уфы в октябре 2011 г. // Башкирский орнитологический вестник: Сборник статей. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2011а.Вып. 9 – С. 9-11.
Загорская В.В. Изменение зимнего обилия доминирующих видов птиц г. Уфы с 1990 по 2012 гг. // Материалы к распространению птиц на Урале, в Приуралье и Западной Сибири: Региональный авиафаунистический журнал. Вып. 17. 2012 г. Издательство Уральского университета. С.67-69.
Загорская В.В. Динамика серой вороны и галки в различных биотопах г. Уфы в 2012 г. // Сборник научных трудов SWorld, март, 2013. http://www.sworld.com.ua/index.php/ru/biology-113/plant-physiology-and-animal-rights-113/16390-113-0192.
Загорская В.В. К состоянию авифауны улиц крупных городов (на примере г. Уфы) // Сборник научных трудов SWorld. – Выпуск 4. Том 37. – Одесса: КУПРИЕНКО, 2014. ЦИТ.: 414-637. – С. 51.
Загорская В.В. Птицы, гнездящиеся в многоэтажных застройках г. Уфы // Животный мир Южного Урала и Северного Прикаспия. IV Международная научно-практическая конференция. Оренбург, 2014а. С.43-46.
Загорская В.В. Сокращение обилия доминирующих видов птиц г. Уфы как индикатор экологического состояния городской среды // Вестник ТГУ. Серия: Технические и естественные науки. 2014б, Том 19, выпуск 5 (1289-1291).
Загорская В.В. К орнитофауне г. Уфы в январе 2015 г. // Башкирский орнитологический вестник: сборник статей. Вып. 13. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2015. – С.16-18.
Равкин Ю. С. К методике учета птиц в лесных ландшафтах // Природа очагов клещевого энцефалита на Алтае. Новосибирск, 1967. С.66–75.

Шайхутдинова С.Р.
Башкирское республиканское орнитологическое общество
E-mail: sofyashaihytdinova@yandex.ru

// Башкирский орнитологический вестник. 2015. № 16. С. 70-73.

   В ноябре и декабре 2015 г. нами были проведены орнитологические исследования улиц: 8 Марта, Айская, Революционная и Мингажева в Советском районе г. Уфы. Строения вдоль улиц представлены многоэтажными зданиями; деревья представленные, в основном, березой, встречаются единично. Учеты обилия птиц проводились по методике Ю.С. Равкина (1967). За 2 недели мы проходили не менее 5 км маршрута (1круг). Всего нами сделано 4 круга: первая и вторая половина ноября, первая и вторая половина декабря. При обработке полученных результатов использовался понижающий коэффициент В.А. Валуева (2004, 2006, 2012). На маршрутах нами было встречено 4 вида птиц: сизый голубь Columba livia, большая синица Parus major, домовый воробей Passer domestica и серая ворона Corvus cornix.
Авифауну улиц Уфы в 1990 и 2002 гг. изучал В.А. Валуев (2003-2003б, 2008), с 2011 по 2015 гг. их авифауну исследовала В.В. Загорская (2011, 2011а, 2012, 2013). По данным Загорской В.В. (2014) на улицах г. Уфы численность сизого голубя в зимний период с 1990 по 2013 г. упала в среднем в 5,4, большой синицы – в 6,4, домового воробья – в 1,5, серой вороны – в 1,8 раз. Такое снижение численности доминирующих видов птиц на улицах города имеет целый ряд причин, одной из которых является существенное увеличение потока автотранспорта на проезжей части за последние десятилетия, что неизбежно приводит к возрастанию фактора беспокойства и снижению экологической привлекательности для птиц данного биотопа. Это подтверждается увеличением коэффициента перемещения вида Кm (Валуев, 2007, 2009) для синантропных птиц (Загорская, 1014, 1014а).
Мы рассчитали Кm для птиц, встреченных в исследуемом биотопе, за два месяца. Они оказались равны: 3,94 – для серой вороны, 1,71 – для сизого голубя, 2,28 – для большой синицы, 1,55 – для домового воробья. Как видно, коэффициенты перемещения вида у всех видов очень большие, что говорит о нестабильном пребывании птиц в данном городском ландшафте. Результаты наших учетов приведены в таблице 1 и на рисунке 1.

Таблица 1.

Обилие птиц (особь/км²) в ноябре-декабре 2015 г.
на улицах Советского района г. Уфы

Рис. 1. Обилие некоторых видов птиц (особь/км²) в ноябре-декабре 2015 г. на улицах Советского района г. Уфы.

На графике цифрами по оси х обозначены круги:
1 – первая половина ноября;
2 – вторая половина ноября;
3 – первая половина декабря;
4 – вторая половина декабря.

   Как видно из рис. 1, обилие птиц на улицах изучаемой нами территории города за 2 месяца очень нестабильно. За две недели происходят значительные скачки численности: от 14 до 191 особи/км² – у сизого голубя; от 50 до 280 – у большой синицы, от 42 до 280 – у серой вороны, от 56 до 286 – у домового воробья. Такая неравномерная динамика может объясняться высокой подвижностью демов птиц, обитающих на данной территории. В данном биотопе постоянно происходят пульсации численности птиц; видимо, улицы не являются экологически привлекательным для них местом. Птицы, как правило, фиксируются здесь только тогда, когда пролетают над ней. Серые вороны, сизые голуби чаще регистрируются стаями, хоть и не такими многочисленными, как раньше (Валуев, 2013). Иногда птицы могут задерживаться и кормиться на улицах (на остановках) или собирать гастролиты.

Литература:

Валуев В. А. Динамика зимней авифауны г. Уфы. Препринт. Уфа, 2003. 12 с.
Валуев В. А. Зимние встречи птиц в Уфе в 2002 году // Итоги биологических исследований. 2001 г. вып. 7.: Сборник научных трудов. Уфа, 2003а. С. 51.
Валуев В. А. Птицы на зимних дорогах Башкирии // Вестник Башкирского университета. 2003б. № 3–4. С. 36–37.
Валуев В.А. Экстраполяционный коэффициент как дополнение к учёту численности птиц по методике Ю. С. Равкина (1967) для территорий со значительной ландшафтной дифференциацией // Вестник охотоведения. М., 2004. Т.1, № 3. С. 291-293.
Валуев В.А. О необходимости использования экстраполяционного (или понижающего) коэффициента // Проблемы Красных книг регионов России: Материалы межрегион. науч.-практ. конф. (30 ноября-1 декабря 2006 г., Пермь) / Перм. ун-т. Пермь, 2006. С. 234-236.
Валуев В. А. Коэффициент перемещения вида и коэффициент стабилизации вида – индикаторы экологического состояния среды обитания популяции // Вестник охотоведения. 2007. Т. 4, № 2. С. 205–206.
Валуев В. А. Экология птиц Башкортостана (1811–2008). Уфа, Гилем, 2008. 712 с.
Валуев В.А. Поправка к коэффициенту стабильности численности вида «StSp» // Башкирский орнитологический вестник. Уфа, РИО БашГУ, 2009. Вып. 6. С. 6.
Валуев В.А. “За” и “Против” “понижающего” коэффициента // Сборник научных трудов SWorld. Материалы международной научно-практической конференции “Научные исследования и их практическое применение. Современное состояние и пути развития ‘2012”. Выпуск 3. Том 31. Одесса: КУПРИЕНКО, 2012. Цит. 312-103. С. 36-43.
Валуев В.А. Динамика численности галки и серой вороны в Уфе // Башкирский орнитологический вестник: сб. статей. Вып. 11. Уфа, РИО БашГУ, 2013. С. 5-6.
Загорская (Дурягина) В.В. К изучению орнитофауны г. Уфы в 2011 г. // Материалы по флоре и фауне Республики Башкортостан: Вып. II. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2011. — С. 25-29.
Загорская (Дурягина) В.В. Птицы улиц г. Уфы в октябре 2011 г. // Башкирский орнитологический вестник: Сборник статей. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2011а. Вып. 9 – С. 9-11.
Загорская В.В. Изменение зимнего обилия доминирующих видов птиц г. Уфы с 1990 по 2012 гг. // Материалы к распространению птиц на Урале, в Приуралье и Западной Сибири: Региональный авиафаунистический журнал. Вып. 17. 2012 г. Издательство Уральского университета. С.67-69.
Загорская В.В. Динамика серой вороны и галки в различных биотопах г. Уфы в 2012 г. // Сборник научных трудов SWorld, март, 2013. http://www.sworld.com.ua/index.php/ru/biology-113/plant-physiology-and-animal-rights-113/16390-113-0192.
Загорская В.В. К состоянию авифауны улиц крупных городов (на примере г. Уфы) // Сборник научных трудов SWorld. – Выпуск 4. Том 37. –Одесса: КУПРИЕНКО, 2014. ЦИТ.: 414-637. – С. 51.
Загорская В.В. Сокращение обилия доминирующих видов птиц г. Уфы как индикатор экологического состояния городской среды // Вестник ТГУ. Серия: Технические и естественные науки, 2014а. Том 19, выпуск 5 (1289-1291).
Равкин Ю. С. К методике учета птиц в лесных ландшафтах // Природа очагов клещевого энцефалита на Алтае. Новосибирск, 1967. С.66–75.

                                                                          Туркменова А.И.
Башкирское республиканское орнитологическое общество
E-mail: azaLeemiss@yandex.ru

// Башкирский орнитологический вестник. 2015. № 16. С.66-69.

    В ноябре-декабре 2015 г. мы провели орнитологические исследования улиц, шириной не менее 15 м, в Кировском районе г. Уфы: Коммунистическая, Зенцова, Ущелье, Султанова, Красина и Гафури, с целью выявление динамики обилия серой вороны в данном биотопе. На учетных маршрутах, согласно методике Ю.С. Равкина (1967), нами отмечались только те птицы, которые находились или на самих улицах (на земле) или в небе над ними. Из птиц находящихся на крышах, учитывались только те особи, которые находились на её крае. За каждый учётный маршрут набиралось по 5 км. Двухнедельный период считался за 1 круг. Мы сделали всего 4 круга: 2 – в ноябре, и 2 – в декабре. При анализе полученных данных использовался понижающий коэффициент В.А. Валуева (2004, 2006, 2012).
Улицы изучаемого района характеризуются наличием небольших газонов и деревьев: рябины, клёна, берёзы и некоторых других. Застройка представлена 5 этажными зданиями и деревянными (жилыми) строениями.
Авифауну г. Уфы в 1990 и 2002 гг. изучал В.А. Валуев (2003, 2003а, 2008), с 2011 по 2014 гг. их авифауну исследовала В.В. Загорская (2011, 2012). По её мнению, обилие серой вороны, как и других врановых, с 1990 г. постоянно снижается во всех биотопах города (Загорская, 2014б). По данным этого же автора численность серой вороны в осеннее-зимний период, когда птицы собираются в многочисленные стаи, возрастает в разы во всех биотопах города. С ноября по декабрь 2012 г. обилие этой птицы в частном секторе колебалось в пределах от 20 до 58 особей/км² (Загорская, 2013).
Коэффициент стабилизации «StStp» (0,94 в 2002 г.) указывающий на пригодность окружающей среды для обитания в ней вида (Валуев, 2007), говорит о некоторой деградации условий в частном секторе для данного вида (Валуев, 2008; Загорская, 2014б). Популяции серой вороны подвержены различным пульсациям.
Интересную гипотезу существования «координационных центров» и определенных «соглашений» между ними с целью координации распределения массы птиц по кормным участкам выдвинул В.А. Валуев (2007а). Исследования этого же автора (Валуев, 2012, 2013) указывают на существование связи между городом и окружающими его посёлками по движению авифауны. Не смотря на добывание врановыми птицами корма, в основном, в местах скопления мусора, серая ворона предпочитает питаться живым кормом (Валуев, 2013а).

Рис. 1. Динамика обилия серой вороны на улицах г. Уфы
в ноябре-декабре 2015 г.

1 круг – первая половина ноября;
2 круг – вторая половина ноября;
3 круг – первая половина декабря;
4 круг – вторая половина декабря.

   Наши исследования с начала ноября по конец декабря показали снижение обилия серой вороны в изучаемом ландшафте (рис. 1).
Весь исследуемый период лишен резких скачков численности серой вороны в отличие от предыдущих лет (например, 2012 г. (Загорская, 2013)), характеризующихся, по данным приведенных авторов колебаниями численности в осенне-зимний период. Чем вызвано снижение на протяжении этих двух месяцев, – или наличием хищных птиц (неясыти), или перемещением их в другие биотопы – сказать не можем.

Литература:

Валуев В. А. Динамика зимней авифауны г. Уфы. Препринт. Уфа, 2003. 12 с.
Валуев В. А. Зимние встречи птиц в Уфе в 2002 году // Итоги биологических исследований. 2001 г. вып. 7.: Сборник научных трудов. Уфа, 2003а. С. 51.
Валуев В.А. Экстраполяционный коэффициент как дополнение к учёту численности птиц по методике Ю. С. Равкина (1967) для территорий со значительной ландшафтной дифференциацией // Вестник охотоведения. М., 2004. Т.1, № 3. С. 291-293.
Валуев В.А. О необходимости использования экстраполяционного (или понижающего) коэффициента // Проблемы Красных книг регионов России: Материалы межрегион. науч.-практ. конф. (30 ноября-1 декабря 2006 г., Пермь) / Перм. ун-т. Пермь, 2006. С. 234-236.
Валуев В. А. Коэффициент перемещения вида и коэффициент стабилизации вида – индикаторы экологического состояния среды обитания популяции // Вестник охотоведения. 2007. Т. 4, № 2. С. 205–206.
Валуев В.А. К экологии серой вороны в городских условиях в зимнее время (на примере г. Уфы) // Урбоэкосистемы: проблемы и перспективы развития: материалы II международной научно-практической конференции / отв. ред. Н.Н. Никитина. -Ишим: ИГПИ им. П.П. Ершова, 2007а. С. 151-153.
Валуев В. А. Экология птиц Башкортостана (1811–2008). Уфа, Гилем, 2008. 712 с.
Валуев В.А. “За” и “Против” “понижающего” коэффициента // Сборник научных трудов SWorld. Материалы международной научно-практической конференции “Научные исследования и их практическое применение. Современное состояние и пути развития ‘2012”. Выпуск 3. Том 31. Одесса: КУПРИЕНКО, 2012. Цит. 312-103. С. 36-43.
Валуев В. А. Взаимосвязь зимней орнитофауны города и его окрестностей (на примере доминирующих видов // Экология урбанизированных территорий. 2012. № 1. С. 74–79.
Валуев В.А. Динамика обилия доминирующих видов птиц в сёлах Уфимского района Башкирии в 2013 г. // Сборник научных трудов SWorld. Материалы международной научно-практической конференции “Научные исследования и их практическое применение. Современное состояние и пути развития ‘2013”. Выпуск 2. Том 36. Одесса: КУПРИЕНКО, 2013. Цит: 213-021. С. 35-37.
Валуев В.А. К питанию врановых в Башкирии // Сборник научных трудов SWorld. Материалы международной научно-практической конференции “Научные исследования и их практическое применение. Современное состояние и пути развития ‘2013”. Выпуск 3. Том 44. Одесса: КУПРИЕНКО, 2013а. Цит: 313-0472. Стр. 54-56.
Загорская (Дурягина) В.В. К изучению орнитофауны г. Уфы в 2011 г. // Материалы по флоре и фауне Республики Башкортостан: Вып. II. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2011. — С. 25-29.
Загорская В.В. Изменение зимнего обилия доминирующих видов птиц г. Уфы с 1990 по 2012 гг. // Материалы к распространению птиц на Урале, в Приуралье и Западной Сибири: Региональный авиафаунистический журнал. Вып. 17. 2012 г. Издательство Уральского университета. С.67-69.
Загорская В.В. Динамика серой вороны и галки в различных биотопах г. Уфы в 2012 г. // Сборник научных трудов SWorld, март, 2013.
Загорская В.В. Сокращение обилия доминирующих видов птиц г. Уфы как индикатор экологического состояния городской среды // Вестник ТГУ. Серия: Технические и естественные науки. 2014б, Том 19, выпуск 5 (1289-1291).
Равкин Ю. С. К методике учета птиц в лесных ландшафтах // Природа очагов клещевого энцефалита на Алтае. Новосибирск, 1967. С.66–75.

Самойлова А.В.
Башкирское республиканское орнитологическое общество
E-mail: raptur@yandex.ru

// Башкирский орнитологический вестник. 2015. № 16. С.61-65.

   Авифауну г. Уфы в 1990 и 2002 гг. изучали В.А. Валуев (2003, 2003а, 2003б, 2008, 2012), В.В. Загорская (2011, 2011а, 2014, 2014а, 2014б). По мнению В.В. Загорской (2014), в целом, характер пребывания всех доминирующих видов на улицах г. Уфы за период с 1990 по 2013 гг. стал менее стабильным (Загорская, 2014). Хотя в 2013 г. экологическая ситуация для серой вороны Corvus cornix в этом биотопе улучшилась по сравнению с 2002 г., о чем говорит уменьшение коэффициента перемещения вида Кm, служащего для качественной и количественной оценки перемещений популяций животных (Валуев, 2007, 2009), обилие серой вороны с 1990 г. неустанно снижается (Загорская, 2012). Сокращение обилия доминирующих видов птиц можно рассматривать как индикатор экологического состояния городской среды (Загорская, 2014б). Поэтому так важно постоянно изучать состояние орнитофауны города.
В ноябре-декабре 2015 г. мы провели орнитологические исследования на улице Ю. Гагарина в Октябрьском районе г. Уфы с целью изучения динамики обилия серой вороны. Маршрутные учёты проводились по методике Ю.С. Равкина (1967) таким образом, что отмечались птицы, находящиеся или на самой улице или в небе, над ней. За каждый учётный маршрут набиралось по 5 км. Двухнедельный период считался за 1 круг. Нами было сделано 2 круга – в ноябре и 2 круга –в декабре; т.е. всего 4 круга. При анализе полученных данных использовался понижающий коэффициент В.А. Валуева (2004, 2006, 2012а).
Улицы изучаемого района характеризуются наличием небольших газонов и высоких (9-15 м) деревьев (ряды тополей) и высокоствольных кустарников: рябины, ели, берёзы. Застройка представлена зданиями в 9, 15 и более этажей без чердачных помещений с вкраплениями 1-2-этажных торговых строений.
Динамику обилия серой вороны в различных биотопах г. Уфы изучали Валуев В.А. (2007а) и Загорская В.В. (2013). За прошедшие 12 лет (с 2002–2012 гг). численность серой вороны в городе снизилась почти в 3 раза по данным зимних учетов (Загорская, 2012). Динамика серой вороны в любом биотопе города имеет пульсирующий характер (Загорская, 2013), т.к. данный вид является очень подвижным, и, согласно В.А. Валуеву (2003а, 2012, 2013) для орнитофауны существует связь между городскими ландшафтами, городом и его окрестностями.

   Результаты наших исследований показаны на рис. 1.

Рис. 1. Динамика обилия серой вороны (особь/км²) на улицах микрорайона Сипайлово в ноябре-декабре 2015 г.

   Колеблется обилие серой вороны и в разные годы. Так, в январе 1990 г. обилие этого вида на улицах г. Уфы составило 85 особей/км² (Валуев, 2008), а в январе 2013 – только 26 особей/км² (Загорская, 2014). В феврале обилие этого вида в этом же биотопе в 1990 и 2013 гг. было почти одинаково.
Коэффициент стабилизации «StStp», указывающий на пригодность окружающей среды для обитания в ней вида, указывает на удовлетворительное отношение серой вороны к массиву многоэтажной застройки (Загорская, 2014б).
Исходя из полученных данных, можно сделать вывод о незначительном возрастании численности серой вороны на протяжении трех периодов (с начала ноября по первую половину декабря).

Литература:

Валуев В. А. Динамика зимней авифауны г. Уфы. Препринт. Уфа, 2003. 12 с.
Валуев В. А. Зимние встречи птиц в Уфе в 2002 году // Итоги биологических исследований. 2001 г. вып. 7.: Сборник научных трудов. Уфа, 2003а. С. 51.
Валуев В. А. Птицы на зимних дорогах Башкирии // Вестник Башкирского университета. 2003б. № 3–4. С. 36–37.
Валуев В.А. Экстраполяционный коэффициент как дополнение к учёту численности птиц по методике Ю. С. Равкина (1967) для территорий со значительной ландшафтной дифференциацией // Вестник охотоведения. М., 2004. Т.1, № 3. С. 291-293.
Валуев В.А. О необходимости использования экстраполяционного (или понижающего) коэффициента // Проблемы Красных книг регионов России: Материалы межрегион. науч.-практ. конф. (30 ноября-1 декабря 2006 г., Пермь) / Перм. ун-т. Пермь, 2006. С. 234-236.
Валуев В. А. Коэффициент перемещения вида и коэффициент стабилизации вида – индикаторы экологического состояния среды обитания популяции // Вестник охотоведения. 2007. Т. 4, № 2. С. 205–206.
Валуев В.А. К экологии серой вороны в городских условиях в зимнее время (на примере г. Уфы) // Урбоэкосистемы: проблемы и перспективы развития: материалы II международной научно-практической конференции / отв. ред. Н.Н. Никитина. -Ишим: ИГПИ им. П.П. Ершова, 2007а. С. 151-153.
Валуев В. А. Экология птиц Башкортостана (1811–2008). Уфа, Гилем, 2008. 712 с.
Валуев В.А. Поправка к коэффициенту стабильности численности вида «StSp» // Башкирский орнитологический вестник: Сборник статей. Вып. 6. РИО БашГУ, 2009. — С. 6.
Валуев В. А. Взаимосвязь зимней орнитофауны города и его окрестностей (на примере доминирующих видов г. Уфы) // Экология урбанизированных территорий. 2012. № 1. С. 74–79.
Валуев В.А. “За” и “Против” “понижающего” коэффициента // Сборник научных трудов SWorld. Материалы международной научно-практической конференции “Научные исследования и их практическое применение. Современное состояние и пути развития ‘2012”. Выпуск 3. Том 31. Одесса: КУПРИЕНКО, 2012а. Цит. 312-103. С. 36-43.
Валуев В.А. Динамика обилия доминирующих видов птиц в сёлах Уфимского района Башкирии в 2013 г. // Сборник научных трудов SWorld. Материалы международной научно-практической конференции “Научные исследования и их практическое применение. Современное состояние и пути развития ‘2013”. Выпуск 2. Том 36. Одесса: КУПРИЕНКО, 2013. Цит: 213-021. С. 35-37.
Загорская (Дурягина) В.В. К изучению орнитофауны г. Уфы в 2011 г. // Материалы по флоре и фауне Республики Башкортостан: Вып. II. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2011. — С. 25-29.
Загорская (Дурягина) В.В. Птицы улиц г. Уфы в октябре 2011 г. // Башкирский орнитологический вестник: Сборник статей. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2011а. Вып. 9 – С. 9-11.
Загорская В.В. Изменение зимнего обилия доминирующих видов птиц г. Уфы с 1990 по 2012 гг. // Материалы к распространению птиц на Урале, в Приуралье и Западной Сибири: Региональный авиафаунистический журнал. Вып. 17. 2012. Издательство Уральского университета. С.67-69.
Загорская В.В. Динамика серой вороны и галки в различных биотопах г. Уфы в 2012 г. // Сборник научных трудов SWorld, март, 2013. http://www.sworld.com.ua/index.php/ru/biology-113/plant-physiology-and-animal-rights-113/16390-113-0192.
Загорская В.В. К состоянию авифауны улиц крупных городов (на примере г. Уфы) // Сборник научных трудов SWorld. – Выпуск 4. Том 37. – Одесса: КУПРИЕНКО, 2014. ЦИТ.: 414-637. – С. 51.
Загорская В.В. Птицы, гнездящиеся в многоэтажных застройках г. Уфы // Животный мир Южного Урала и Северного Прикаспия. IV Международная научно-практическая конференция. Оренбург, 2014а. С.43-46.
Загорская В.В. Сокращение обилия доминирующих видов птиц г. Уфы как индикатор экологического состояния городской среды // Вестник ТГУ. Серия: Технические и естественные науки. 2014б, Том 19, выпуск 5 (1289-1291).
Равкин Ю. С. К методике учета птиц в лесных ландшафтах // Природа очагов клещевого энцефалита на Алтае. Новосибирск, 1967. С.66–75.