Рецензия на раздел «Млекопитающие» Красной книги Республики Башкортостан (2014) под рук. Б.М. Чичкова

Валуев В.А.

E-mail: ValuyevVA@mail.ru

// Редкие и исчезающие виды животных и растений Республики
Башкортостан. 2015. № 8. С. 30-39.

     В разделе № 6 «Млекопитающие» единственно достоверная информация имеется в очерках В.П. Снитько по отряду Рукокрылые. Этот составитель сам работал на территории РБ, о чём говорят его работы, приведённые в его очерках. Единственный минус – отсутствие полного исследования территории РБ на протяжении последних 10 лет. Отсюда и фрагментарность информации о состоянии представителей отряда Рукокрылые на территории Башкирии. Но это, следует отнести к недочётам в работе руководства МПР РБ, т.к. если бы оно направляла деньги именно на то, на что они были выделены правительством (имеется в виду изучение фауны республики), то исследования В.П. Снитько охватили бы территорию Башкирии полностью.

    Что касается работы Н.Е. Колчевой, то, к сожалению, следует признать, что приведённые ею данные не имеют никакой новой информации. То, что она побывала на юге Зианчуринского района не даёт ей морального права говорить о состоянии млекопитающих всей Башкирии. А т.к. Красная книга является юридическим документом, то предоставленную этим составителем информацию можно расценить как подлог. Но попробуем найти хоть какую-то полезную информацию о состоянии хотя бы только тех млекопитающих, которые приведены в её очерках.
В очерке «Ушастый ёж» составитель Н.Е. Колчева в источниках информации приводит 5 работ других авторов (собственных данных у неё нет), которые были изданы в 1965, 1989, 1995, 1999 и 2002 годах. Из них только в «Животном мире Башкортостана» говорится о состоянии животных республики. Причём относительно ушастого ежа в этой книге указано: «может быть встречен в южных районах республики». Таким образом, Н.Е. Колчева никаких сведений по данному виду в Красную книгу РБ не внесла. А если учитывать, что никто не видел ушастого ежа в Башкирии, то возникает вопрос, на каком основании составитель внёс этот вид в Красную книгу?
В очерке «Русская выхухоль» составитель Н.Е. Колчева в информационных источниках указывает 6 работ, из которых только 3 (Отчёт…, 2004; Животный мир Башкортостана, 1995; Красная книга Республики Башкортостан, 2007) относятся к Башкирии. Причём, в Красной книге (2007) указывается на численность в 1960 г., а в «Животном мире Башкортостана» сообщается, что изредка поступает информация о выхухоле из Дюртюлинского и Илишевского районов, но кто и когда сообщил об этом зверьке сведений нет. А это настораживает, т.к. сведения о таком редком животном должны были сохраниться. Если бы егерь, например, Иванов И.И. обнаружил выхухоля, то в архиве обязательно сохранилась бы информация об этом. В «Отчёте.., 2004» сведений о нахождении выхухоля нет.
Поэтому непонятно, на каком основании составителями очерка этот зверёк включён в КК РБ, если их информация исчерпывается данными 50-летней давности?
Предположение составителя о том, что сокращение численности выхухоли связано с конкуренцией ондатры и бобра – просто обескураживает. Бобр питается древесиной, а ондатра – водорослями. И если ондатра и поедает в каком-то количестве моллюсков, то конкуренцией это назвать нельзя, т.к. выхухоль имеет более обширный «мясной» рацион, отличный от такового ондатры; а водорослей в озёрах столько, что они могут прокормить тысячи зверьков.
Вторая причина снижения численности выхухоля, которую приводит составитель – вырубка пойменных лесов. Следует указать, что к местам, куда был выпущен зверёк, это никак не относится. Составитель знала бы это, если бы выехала туда хотя бы один раз.
Так же не имеет под собой никакого основания третья, приводимая составителем, причина сокращения численности – резкие колебания уровня воды. Уже более 20 лет прошло, как озёра, где были выпущены зверьки, не заливаются в половодье из-за построенной дамбы. Это говорит о том, что составитель не был в местах выпуска выхухоля.

а

Рис. 1. Фрагмент из «Отчёта…, 2004».

    То, что составитель очерка Н.Е. Колчева ссылается на «Отчёт…, 2004» говорит о том, что она не изучала его внимательно, а лишь бегло просмотрела, иначе бы увидела, что в этой работе, призванной собрать сведения по состоянию выхухоля в Башкирии, приведены данные об ондатре (рис. 1), что говорит о том, что авторы «Отчёта…, 2004» занимались компиляцией, причём практически не думая о том, что «слизывают» из других источников.
То, что Н.Е. Колчева ссылалась на «Отчёт…, 2004» говорит и о том, что она имеет такие же познания о состоянии животного мира РБ, как и авторы «Отчёта…, 2004» – т.е. неправильные и неполные. Например, о красноносом нырке и осоеде там говорится как о пролётных видах, а о серебристой чайке, как гнездящемся виде; что указывает на отсутствие знаний авторов как о биологии, так и распространении животных населяющих Башкирию. Поэтому ссылаться на данный документ всё равно, что на книги фантастов.

     В очерке «Малая (степная) пищуха» составитель (Н.Е. Колчева) также оперирует источниками, сведения в которых относятся к XX веку. Ссылаясь на «Животный мир Башкортостана» (1995) Н.Е. Колчева сообщает: «В местах обитания оставляет кучки помёта». Что можно сказать по этому поводу? С одной стороны, составителю присущ очень тонкий нюх на существенные детали, которые она выделяет из имеющихся у неё информационных источников; с другой, – данные сведения являются дезинформацией, т.к. помёт может говорить о наличие и др. видов животных.
Из очерка можно понять, что у составителя имеются свои данные лишь о юго-западной части Зианчуринского района. Возникает вопрос, как с такой информацией можно браться за создание труда над животным миром всей территории Башкирии?
Составитель указывает: «В РБ численность невелика: конкретные данные отсутствуют». Не понятно, неужели в случае отсутствия сведений о виде, его следует считать малочисленным? А как же тогда быть с полевым воробьём, данные о котором также отсутствуют?
Указывание Н.Е. Колчевой на то что: «Очевидные угрозы – нерегулируемый интенсивный выпас скота и распашка каменистых степей», говорит о многом, например, что составитель не знает ни истиной причины, ни ситуации в сельском хозяйстве Башкирии. Иначе бы она знала, что остатки колхозов и совхозов не могут справиться и с теми площадями, которые обрабатывали в прошлом веке. О какой дополнительной распашке, притом каменистых степей, может идти речь? А если и говорил С.В. Кириков (1952) о нерегулируемом интенсивном выпасе, то об этом помнят лишь немногие аксакалы.
В очерке «Обыкновенная летяга» составитель (Н.Е. Колчева) снова ссылается на источники, сведения в которых относятся к XX веку. Единственный документ, увидевший свет после 2004 г. работа Е.В. Кулебякиной (2010). Но в ней говорится о территории Восточной Феноскандии (видимо Н.Е. Колчева перепутала Карелию с Башкирией). Красную книгу Республики Башкортостан (2007) можно не брать в расчёт, т.к. там всё слово в слово переписано из Красной книги Республики Башкортостан (2004). Что касается «Отчёта.., 2005», то ссылаться на него нельзя, т.к. его авторы в одном месте указывают на невозможность учёта летяги в тёплое время года из-за её скрытности (приводя данные Башкирского заповедника, где с 1961 по 1984 гг, её вообще не встречали), а в другом оперируют данными И.В. Карякина, который утверждает, что летяга встречается в это время через каждые 2 км (рис. 2).

б

Рис. 2. Лимитирующие факторы по Н.Е. Колчевой (2014).

    Не надо быть семь пядей во лбу, чтобы понять о несовместимости этих информаций – одна из них явная ложь. Так зачем же нужен тогда такой анализ? За что авторы отчёта получили деньги?
Утверждение Н.Е. Колчевой о том, что главная угроза для летяги – выборочная рубка дуплистых деревьев и охота капканами, обывателя очень удивляет. Неужели в заповедниках рубят лес и проводят охоты?
Очень некрасиво выглядит перетасовка источников информации; это раньше дискредитировало учёного (жаль, что эти времена прошли, открыв дорогу аферистам от науки). Так, Н.Е. Колчева утверждает, что предложение: «Ориентировочная численность в республике – 5-6 тыс. особей [4]» принадлежит авторам «Отчёта…, 2005»; в то время как последние привели эти данные, ссылаясь на И.В. Карякина (рис. 3). Это указывает на халатное отношение Н.Е. Колчевой к своей работе над Красной книгой РБ (2014) даже на уровне работы с литературой, не говоря уже о полевых исследованиях.
Следует отметить, что зоологи России ещё в начале сего века призвали не верить данным И.В. Карякина http://www.bio.vsu.ru/oriolus/obr.html.

Рис. 3. Фрагмент из «Отчёта.., 2005».

     В работе над очерком «Садовая соня» прослеживается то же отсутствие достоверной информации. Из 11 проработанных составителем (Н.Е. Колчевой) источников информации, только в одном рассматривается время от 2004 по 2009 гг.; в остальных данные о XX веке. Однако рецензия зоологов БашГУ на этот отчёт, представленный МПР РБ указывает на недопустимость использования этого «труда» в каких-либо научных целях; тем более в создании Красной книги.
Почему Н.Е. Колчеву не удивило, что в этом отчёте описанию только биологии садовой сони, причём, по данным А.Э. Арапетьянц (1983), а не по данным авторов отчёта, посвящено треть всего объёма отчёта?
Почему составителя очерка не насторожило то, что авторы «Отчёта, 2009» утверждают, что садовая соня:

  1) является ОБЫЧНЫМ видом Мелеузовского и Бурзянского районов;

     2) что численность вида ЯВНО недооценивается и занижается;

    3) что численность садовой сони ДОВОЛЬНО высока, и всё это на фоне признания самих авторов отчёта, что они обнаружили этого зверька в Башкирии ТОЛЬКО на территории заповедника «Шульган-Таш»?
При анализе очерка создаётся впечатление, что его составитель вообще не понимал, о чём писал. Так, Н.Е. Колчина утверждает: «На территории России распределена не равномерно, численность обнаруживает явную тенденцию к снижению [9]». Цифра «9» – это ссылка на «Отчёт…, 2009», который сдали Б.М. Чичков и А.С. Ширпужева (в дальнейшем Чичкова) руководству МПР РБ. В этом отчёте Б.М. Чичков и А.С. Ширпужева прямо указывают, что они были только в 13 районах (из 54) Башкирии. Так на каком же основании Н.Е. Колчина отводит им роль исследователей всей территории России?
Утверждение Н.Е. Колчиной, что: « В числе ограничивающих факторов – дефицит …скальных выступов», может претендовать на премию в конкурсе «У кого меньше всего знаний об Уральских горах».
При выяснении, что же нового вносит в исследовании садовой сони сам составитель очерка – Н.Е. Колчина? Выясняется – ни-че-го.

   В очерке «Большой тушканчик» составитель (Н.Е. Колчина) приводит 13 источников информации, из которых ни один не рассматривает период 2004-2014 годов. Непонятно, почему в данном очерке составитель не пользовался отчётами для МПР РБ сотрудников БашГУ? Или руководство МПР РБ утаило эти отчёты от составителей Красной книги (2014)?
Попробуем разобраться с тем, что предоставила в очерке составитель без эмоций. Итак, Н.Е. Колчина утверждает: «Живёт там, где другие грызуны не могут существовать». А на карте Башкирии показывает россыпь точек, где по её мнению живёт большой тушканчик. Следует ли это понимать, что в данных местах республики другие грызуны не обитают?
Далее составитель сообщает: «В РБ повсеместно немногочислен. Конкретных данных нет». Позвольте, предложение “повсеместно немногочислен” и есть «конкретные данные», которые указывают на повсеместную немногочисленность. Разве не так?
Хотелось бы узнать, что под словом «повсеместно» подразумевает Н.Е. Колчина. В орфографических словарях это слово обозначает – «по всем местам»; синоним – «везде». Следовательно, по Н.Е. Колчевой, большой тушканчик обитает в каждом районе Башкирии. Тогда почему же имеется лишь одно упоминание о встрече этого видав Предуралье; и то 50 лет назад?
А как понимать совместимость предложения составителя: «Численность ограничивают антропогенная трансформация местообитаний и нерегламентированное применение пестицидов в сельском хозяйстве» с её же утверждением «Живёт там, где другие грызуны не могут существовать»? Неужели другие грызуны не могут существовать на возделываемых землях республики?

  В очерке «Европейская норка» составитель ссылается на 18 источников, из которых только 4 опубликованы после 2004 г. Причём, ссылка на Туманова (2009) отсутствует в списке литературы Красной книге, поэтому не понятно на что ссылалась составитель. Д.В. Скуматов (2005) указывал о состоянии норки в России, а не в РБ; причём пользовался сведениями XX века. В Красной книге РБ (2007) переписаны данные этой же книги 2004 г. выпуска. Иными словами опять отсутствие информации о состоянии вида с 2004 по 2014 гг.
Ссылаясь на чьи-либо данные, Н.Е. Колчева даже не удосужилась их проанализировать. Так, она утверждает, что «Более современные данные указывают на распространение (перечисляет 8 районов РБ) [7,8]». Цифра «7» – ссылка на «Животный мир Башкортостана» (1995), где говорится, что европейская норка без ОСТАТКА вытеснена американской. Цифра «8» – ссылка на «Красную книгу РБ» (2007), где составитель А.В. Едрёнкин, указывая эти районы, ссылается на данные М.П. Розанова (1953), а также А.В. Бурзянцева и Л.А. Едрёнкиной – составителей раздела «Класс млекопитающие или звери» «Животный мир Башкортостана» (1995). Понятно, что сведения М.П. Розанова никак нельзя назвать «более современными», как указала Н.Е. Колчева, а ссылка на «Животный мир Башкортостана» (1995) отправляет нас к сведениям, что европейская норка без ОСТАТКА вытеснена американской норкой. Вот такой запутанный кроссворд предложила решать министерству и всей общественности Н.Е. Колчева. Как его будут разгадывать сотрудники МПР РБ, у которых по их словам нет времени отвечать на письма граждан, – неизвестно.
Утверждение, что лимитирующим фактором является исчезновение рыбы, не согласуется с вышеприведённым утверждением составителя, что основу питания норки составляют мышевидные грызуны и земноводные (рыба поставлена ей только на третье место в питании этого зверька).
Также, указание на то, что лимитирующим фактором для европейской норки является чрезмерный промысел, мягко говоря, указывает на то, что Н.Е. Колчева была чрезмерно перегружена работой и взялась за создание очерков для Красной книги, только из-за жалости к Б.М. Чичкову, у которого «горел срок» сдачи этого никому не нужного (будем называть вещи своими именами) «труда». Ведь как можно вести промысел вида в регионе, занесённого в Красную книгу этого региона?
Иными словами, собственных данных у Н.Е. Колчевой нет, а с данными других авторов она окончательно запуталась. Поэтому информацию любезно ею предоставленной об европейской норке к пользованию принимать нельзя.
В очерке «Речная выдра» составитель также не использует собственных данных (надо понимать – за их отсутствием) и переписывает то, что уже опубликовано. Составитель утверждает, что численность выдры в Башкирии составляет 100-120 особей. А тремя строчками ниже указывает, что на 10 км русла реки приходится 1-2 выдры. Простое арифметическое действие (умножение количества особей на расстояние занимаемое животным) поможет читателю выявить протяжённость рек Республики Башкортостан – т.е., максимум, около 1 тыс. км. Как же так говорят, что длина только одной р. Белой без притоков составляет 1430 км? Кому же верить, – географам или Н.Е. Колчиной?
В подразделе «…меры охраны» составитель утверждает, что: «Необходимы запрет промысла и..». Опять тот же вопрос:разве в Башкирии открыт промысел на занесённое в Красную книгу животное?
Утверждение составителя: «В целом состояние популяции выдры в РБ можно оценить как сравнительно благополучное» сбивает пользователя Красной книгой с толку. Как можно популяцию зверька, у которого на 2500 км² приходится лишь одна пара – считать благополучной? Разве 1 пара выдры на 200-240 рек республики (всего в Башкирии 12725 рек) – это благополучие?
В очерке о марале, составитель утверждает, что этот олень «к началу XX в. был истреблён неумеренной охотой». Следует указать, что данное утверждение не имеет под собой никаких оснований, т.к. Э.А. Эверсманн указывает на нахождение этого оленя на Урале лишь по находке одной пары рогов. А С.В. Кириков (1952) свой очерк о марале начинает с того, что этого оленя завезли в Башкирию в январе 1941 г. из Алтайского края.
Совершено не имеет смысла утверждение составителя: «Природный враг оленя – волк: на его долю приходится от 42% до 65,7% смертности маралов от естественных причин [8, 13]». Что хотела здесь сказать составитель не понятно, то ли, что волк это и есть естественная причина смертности марала, то ли, что волк поедает оленей погибших от естественных причин.
Утверждение Н.Е. Колчевой: «Гибнут животные и от бескормицы в многоснежные морозные зимы [13, 14]» показывает, что составитель далека от понимания темы. Во первых, ссылка на «Красную книгу РБ» [13] не правомочна, т.к. там указывается, что маралы погибают от истощения в глубокоснежные зимы; температура воздуха как лимитирующий фактор не приводится. Понятно. Что составитель переписала это предложение из книги «Животный мир Башкортостана» (1995), которые пользуясь работой Н.М. Гордиюка (1983) не указали её в списке литературы, хотя и сослались на неё. Их ошибку автоматически перенесла в свой очерк и Н.Е. Колчева.

   Таким образом, можно констатировать, что ничего нового в информации о млекопитающих, кроме представителей отряда Рукокрылые – нет. Это и понятно, т.к. человек всю свою жизнь изучавший мышей и полёвок вне территории Башкирии, не может дать никакой новой информации о состоянии зверей РБ.
Какое наказание должны получить руководитель ООО «Уральская экологическая компания» за найм такого специалиста при составлении законодательного документа республики, и руководители МПР РБ за принятие такой информации – дело компетентных органов.
Наше мнение – раздел «Млекопитающие», кроме отряда Рукокрылые – следует переделать.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *